Луи-Фердинан Селин Цитаты (показано: 1 - 30 из 225 цитаты)

Луи-Фердинан Селин

Луи́ - Фердинанд Селин – врач и французский писатель родился двадцать седьмого мая тысяча восемьсот восемьдесят четвертого года во Франции. Дебютировал Луи в 1932 году, написав свой первый роман «Путешествие на край ночи», который принес ему славу и известность. Популярность автора росла с каждым часом, с каждым купленным экземпляром книги. На крыльях успеха в скором времени Луи публикует свой второй роман под названием «Смерть в кредит». С появлением этого романа Луи взлетел на олимп славы, его книги стали печататься во многих странах. Книги расходились быстрее, чем бензин во все мире. Об Луи Фердинанде Селине узнал весь мир. Не остановившись на достигнутом, автор издает третий роман, который обрел название «Путешествие на край ночи». Который по традиции первых двух романов становится также бестселлером, в России переводом занимался сам Лев Троцкий, который раньше всех мечтал прочесть очередную книгу Луи. В девятьсот тридцать шестом году Луи первый и последний раз посетил советский союз. Далее автора этих великолепных романов постигла трагическая участь. Все последующие его романы, написанные в тридцатых – сороковых годах создали ему образ антисемитизма, террориста против человечества и т.д. А по окончанию второй мировой войны, его обвинили в сотрудничестве с Гитлером. Так Луи был вынужден скрываться и отказаться от письма. Сперва он скрывался на юге германии, а потом был вынужден бежать в Данию, где и был арестован. Суд признал Луи виновным в антисемитизме и прочих обвинениях и приговорил его к ссылке. Так в 1951 году, спустя шесть лет по амнистии Луи возвращается в родную Францию где до конца дней уже практиковал лечение больных из бедных кварталов Медоны. Следующие его шедевры были опубликованы перед самой смертью, это была автобиографическая трилогия. А завершающий роман трилогии был опубликован спустя восемь лет после смерти автора. В настоящее время правительство Франции официально не признает Луи́ - Фердинанда Селина значимым в литературе Франции, объясняя это его антисемитическими взглядами на жизнь. Хотя многие литературные критики с этим не согласны, они мнят Луи эпическим литератором для Франции. В каждой стране есть сообщества любителей романов Луи, так, к примеру, в России в 1994 году был официально зарегистрирован клуб любителей Луи́ - Фердинанда Селина.

Москиты уже принялись впрыскивать им в вены яд, который не выходит из организма. Спирохеты пропиливают артерии. Алкоголь увеличивает печень. Солнце разрисовывает почки трещинами. Лобковые вши вцепляются в волосы на теле, экзема сгладывает кожу на животе. Раскаленный свет обжигает сетчатку. Что вскоре останется от них? Кусок мозга? А к чему, спрашивается, он им там, куда они идут? Чтобы покончить с собой? На что еще годен мозг там, куда они едут?.. Что ни говори, не слишком-то весело стариться в краях, где нет развлечений. Где приходится любоваться на себя в зеркале, амальгама которого постоянно зеленеет, все больше разрушается, идет пятнами. В лесу ведь быстро сгниваешь, особенно в жестокий зной. На севере по крайней мере человечье мясо не портится. Оно у северян раз навсегда белое. Между мертвым шведом и молодым человеком, который не выспался, разница не велика. Но колонизатор червивеет на следующий же день по приезде.
— Но есть же любовь, Бардамю! А я Ганату: — Артюр, любовь — это вечность, что заменяет пуделям тумбу, а у меня свое достоинство есть. — У тебя? Анархист ты, и все тут. Хитрюга он со своими передовыми воззрениями — это же сразу видно. — Верно, толстомясый, я — анархист. И вот доказательство: я тут сочинил кое-чего вроде молитвы, социальной молитвы мести. Сейчас ты мне скажешь, как она тебе. Называется «Золотые крыла». И я декламирую: «Бог, что считает минуты и деньги, Бог, отчаявшийся, похотливый и хрюкающий, как боров, что валяется где попало брюхом кверху и всегда готов ластиться, — вот он, наш повелитель. Падем же друг другу в объятия». — У твоего сочинения нет ничего общего с жизнью, я — за установленный порядок и не люблю политики. И в день, когда отечество позовет меня пролить кровь за него, я отдам ее и филонить не буду. Вот что он мне ответил.
Тематика:
... А покамест, играя в эту игру, стареешь и становишься настолько уродливей и отвратительней, что не можешь больше скрывать свое горе, свое банкротство, и в конце концов оно перекашивает тебе рожу гнусной гримасой, которая двадцать, тридцать лет, а то и больше ползла от брюха к физиономии. Вот и все, на что годен человек, -- на то, чтобы скорчить гримасу, на которую у него уходит вся жизнь, а подчас и жизни не хватает, чтобы довести ее до конца: эта гримаса так неимоверно сложна и требует столько сил, что состроить ее можно, лишь отдав этому всю свою подлинную душу без остатка. Свою гримасу я как раз отшлифовывал с помощью неоплаченных, хотя и незначительных счетов, немыслимой квартирной платы, короткого, не по сезону пальто и лавочника, который исподтишка посмеивался, когда я, пересчитывая свои гроши, колебался, взять сыру или нет, краснел при виде начавшего дорожать винограда...