Русский Ru
  • Deutsche De
  • English En
  • Français Fr
  • Русский Ru

Мы используем файлы cookie для персонализации контента и рекламы, предоставления функций социальных сетей и анализа нашего трафика. Мы также передаем информацию об использовании вами нашего сайта нашим партнерам по маркетингу и аналитике, которые могут объединять их с другой информацией, которую вы им предоставили или которую они отдельно собрали у вас. Вы также можете ознакомиться с нашей Политикой конфиденциальности. Нажав кнопку OK ниже, вы принимаете наши куки.

Авторы:

— Эх, елки-палки, кажется, сам век взял и раздавил тебя в объятьях, — сказал однажды в новогоднюю ночь у меня в квартире Хубертссон, успевший хорошо набраться. От этой реплики щеки у меня запылали, хотя экран моего монитора остался черным. Что мне было ответить? Ах, позволь мне остаться для тебя человеком, любимый мой, а не живым памятником эпохи? Но такое не говорят. В особенности когда ноги у тебя навеки скрючены, как у эмбриона, а верхняя часть туловища пребывает в непрестанном и непроизвольном движении, — лицо гримасничает, а руки ходят туда-сюда, как водоросли на дне. Тогда поневоле презираешь все нежные слова и притворяешься, что не расслышала. Но я все слышу. Вижу. И чувствую.

Майгулль Аксельссон