Головка Цитаты (показано: 1 - 30 из 121 цитаты )

Весна наступила внезапно, словно за каменным утёсом вдруг открылась взору широкая долина. В одночасье сады и газоны запестрели нарциссами, ирисами, тюльпанами. Зацвели даже трущобы Марода, но здесь в природе властвует эксцентричность. На балконе дома у реки раскинула ветви бузина, крышу устилает ковёр из одуванчиков, на осыпающемся фасаде торчат головки фиалок. Некогда окультуренные растения вернулись в своё первобытное состояние: между зонтиками болиголова пробиваются маленькие кустики герани с сильно развитым стеблем; тут и там виднеются цветки выродившегося самосевного мака — всех оттенков от оранжевого до розовато-лилового, кроме его родного красного. Несколько солнечных дней, и они уже пробудились ото сна, спрыснутые дождём, тянут свои головки к свету. Выдернешь пригоршню этих растений, считающихся сорняками, и окажется, что вместе со щавелем и крестовником растут шалфей, ирисы, гвоздики и лаванда.
С целым миром спорить я готов, Я готов поклясться головою В том, что есть глаза у всех цветов, И они глядят на нас с тобою. Помню как-то я в былые дни Рвал цветы для милой на поляне, И глядели на меня они, Как бы говоря: «Она обманет». Я напрасно ждал, и звал я зря, Бросил я цветы, они лежали, Как бы глядя вдаль и говоря: «Не виновны мы в твоей печали». В час раздумий наших и тревог, В горький час беды и неудачи Видел я, цветы, как люди плачут, И росу роняют на песок. Мы уходим, и в прощальный час Провожая из родного края, Разные цветы глядят на нас, Нам вослед головками кивая. Осенью, когда сады грустны, Листья на ветвях желты и гладки, Вспоминая дни своей весны, Глядя вдаль цветы грустят на грядке. Кто не верит, всех зову я в сад, Видите, моргая еле-еле, На людей доверчиво глядят Все цветы, как дети в колыбели. В душу нам глядят цветы земли, Добрым взглядом всех кто с нами рядом. Или же потусторонним взглядом Всех друзей, что навсегда ушли.
Камины ещё доживали свой век в старых квартирах, в чьей-нибудь гостиной, где под хрустальной люстрой втиснута кровать, а кресла и рояль завалены старыми портретами или энциклопедией Брокгауза из только что проданного шкафа. Мелькали ещё у огня живые тени минувшего времени. Вот худая рука старика под ветхозаветным манжетом, длинные подагрические пальцы берутся за щипцы; вот освещённый игрой пламени профиль старушки с высоко поднятыми волосами, она зябко кутается в старую вязаную шаль, а безжизненный взгляд остановился на вспыхивающих угольках. А вот две девичьи головки, прижавшиеся друг к другу; она золотистая, другая потемнее, две пары глаз одинаково смотрят в огонь... Посмеет ли коснуться юности та обречённость, которая невидимо разгуливает между старой мебелью таких гостиных и отмечает всё ненужное для новой эпохи, осуждённое на умирание, лишнее, как сами эти камины, которые скоро заменят газовые калориферы?Посмеет, как показал жестокий век.