Мышца Цитаты (показано: 1 - 30 из 33 цитаты )

Тематика:
В организме человека элемент Земля (ЧИ) представленn костями, зубами, мышцами и другими плотными органами. СУИ. Вода представлена текущими в теле жидкостями и составляет гибкие, подвижные свойства тела. КА, Огонь, ощущается как тепло, выделяемое телом (т.н. метаболизм). ФУ, Воздух, выражается в дыхании и связан с его циклом — вдохом и выдохом, а также с другими внутренними процессами, протекающими в человеческом организме с различными газами. КУ, Пустота, проявляется в голосе, речи и способности понимать других людей. Со смертью указанные элементы покидают тело в обратном порядке. Прежде всего у человека пропадает способность воспринимать и общаться с другими людьми. Затем пропадает способность к дыханию. Вместе С потерей умирающим телом тепла, тело покидает субстанция КА, Огонь, и вместе с высыханием покидает тело жидкость, или СУИ. И наконец, в теле остается только самый прочный элемент, ЧИ, Земля, который сохраняется дольше всего.
Что же так привлекает меня в ее ногах? Может быть, намек на нечто сокровенное? Действительно, судя по нынешней моде, это сокровенное связано не столько с торсом, сколько с ногами. Но если бы только это – ведь есть сколько угодно еще более чувственных ног. Жизнь в ящике, когда все время видишь лишь нижнюю половину человека, сделала меня специалистом по ногам. Женственность ног, что бы ни говорили, заключается, видимо, в мягкой плавности их изгиба. И кости, и сухожилия, и суставы должны растопиться в мышцах и никак не влиять на форму ног. Они служат не столько средством передвижения, сколько прикрытием для сокровенного (в этом нет ничего постыдного, и называть постыдным нет оснований – ведь любой сосуд с чем‑то ценным всегда прикрывается). И открыть его можно только с помощью рук. Вот почему прелесть женских ног (отрицать ее может только лицемер) должна быть не столько зрительной, сколько осязательной.
В зале повисает абсолютная тишина. Я знаю, что однажды смогу прочувствовать всю полноту этого момента, ощутить торжество, гордость, удовлетворение. Каждая секунда отпечатается в моей памяти, и когда мне исполнится 92, будет о чем вспомнить в кресле-качалке. Но сейчас внутри только пустота. Я стою и жду, что будет дальше. Сэнсэй медленно встает. У меня ноет каждая мышца, я едва держусь на ногах. Завтра я не то что рюкзак не смогу поднять, даже кулак сжать будет больно. Сэнсэй поднимает правую руку, как будто снова хочет схватить меня за воротник, и я впервые замечаю, что пальцы у него скрюченные, с артрозными шишками. Ему, должно быть, очень больно хвататься за грубую ткань. Но, вместо того чтобы снова опрокинуть меня на спину, он резко тычет мне пальцем в грудь. «Упорствуй, — говорит он по-японски и, подняв руку выше, касается моего лба. — Верь». И уходит, хихикая себе под нос, шаркая ногами и опираясь на трость.
…Есть города, поглощающие тебя целиком. На их территории чувствуешь себя собранным — тоска по родине рассеивается, тупая боль в мышцах исчезает, грусть кремового цвета сменяется оранжевой верой в будущее. Верой, которой переполняешься, когда снимаешь с головы теплую шапку, развязываешь шарф, подставляя лицо под порывы морского ветра… Стамбул именно такой город. Привык доминировать — нейтральная позиция не для него. Если решил переехать в Стамбул, то надолго. Если Стамбул принял тебя в свои объятия, то навсегда. К нему быстро привязываешься. У него глубокие синие очи с живописным дном, где живут манерные медузы, рыбки с блуждающими серо-зелеными глазами. У него бархатистый голос — приторно-свежий, как морозный бриз зимнего Босфора, мужественно-крепкий, как турецкое кофе, манящий, как свежеиспеченная пахлава в медовом сиропе. Одним словом, Стамбул не отпускает тебя, ты не отпускаешь Стамбул. Может, просто люди быстро привыкают к хорошему?..