Наивный Цитаты (показано: 1 - 30 из 44 цитаты )

Я просто не мог ей отказать, понимаешь? - Да это ты не понимаешь! Одного раза недостаточно? Йоник зачарованно смотрел, как брат сжимает и разжимает кулаки. Выкрикнул порывисто:- Хватит, Амир! Тогда просто отлетели колеса. Диана – первоклассный водитель, и ты это знаешь ни хуже других…Амир рявкнул в пухлую физиономию:- Я знаю, что тогда она чуть не погибла! - Но ведь не погибла же! – Раздался звонкий голосок. — А ты рычишь, как тачка без глушака. Он машинально опустил руки, выпуская Йоника. Тот встряхнулся, будто огромный воробей. Диана, возникнув из темноты, кивнула ребятам. - Всем привет. - Ты соображаешь, что ты делаешь? – Шагнул к ней Амир. - Получше некоторых! Ангельская улыбка и наивный взмах золотых ресниц несколько смягчили ее ответ. Но Амир слишком хорошо знал сестру, и не подался искушению поверить этим женским штучкам. Она просто развлекается.
Романтический гротеск – очень значительное и влиятельное явление мировой литературы. В известной мере он был реакцией на те элементы классицизма и Просвещения, которые порождали ограниченность и одностороннюю серьезность этих течений: на узкий рассудочный рационализм, на государственную и формально-логическую авторитарность, на стремление к готовости, завершенности и однозначности, на дидактизм и утилитаризм просветителей, на наивный или казенный оптимизм и т.п. Отвергая все это, романтический гротеск опирался прежде всего на традиции эпохи Возрождения, особенно на Шекспира и Сервантеса, которые в это время были заново открыты и в свете которых интерпретировался и средневековый гротеск. Существенное влияние на романтический гротеск оказал Стерн, который в известном смысле может даже считаться его основоположником.
Когда исчезнут вещи и дела, и даже след цивилизаций, вдруг прорастут из Времени – Слова, осмыслив жадное Пространство. Все, что копили миллионы лет, Слова вдруг явят, запах свой и цвет, и форму, без которой слова – нет. Ведь только Человек, сам вырвавший Слова из немоты, как джина – из бутылки тесной, внушил себе, что слово – бестелесно, что можно им распоряжаться кое-как, бросать на ветер, как пустяк, и ставить запросто – на место, лишь Человек наивный, так уж вышло, бесстрашно их лишает смысла. Слова – до времени – дают с собой играть, свою скрывая власть, но расщепленный атом содрогнется – от зависти – когда терпенье это оборвется. Хоть можем мы еще бездумно жить, и мелочность свою в слова рядить, и мелкостью своей словам вредить, и говорить, и городить. Им – некуда спешить, у Слов – в отличие от нас – в запасе Вечность.