Паркет Цитаты (показано: 1 - 30 из 55 цитаты )

Знакомый художник по паркету прятал в трусы отдельные фрагменты своего творчества. Ему не разрешали ничего выносить с работы. Три года задница пылала от заноз. Зато теперь его личный паркет дороже всех квартир подъезда. Мозаика из редких пород дерева. Он в гостиной выложил готическими буквами имя жены и вокруг такие, как бриллианты из дерева. Теперь он окон не открывает, чтоб не повело. Сквозняк паркету вреден. По углам градусники и гигрометры. Следит за температурой (должно быть 22 градуса) и за влажностью. Постоянно в напряжении. Мебель на войлочных подушечках. А жена ушла, к таксисту. Ей в браке дороже оказалась возможность трахнуть об пол банку маринованных помидоров. Она неделю там уняться не могла. Роняла невзначай мокрое, режущее и горячие блины. И форточки открывала и закрывала хаотично, без всякой системы. Издевалась над линолеумом как могла. Или наденет каблуки и ходит. Ей нравилось, какой таксист не нервный абсолютно.
Мы окинули прекрасное обиталище, руководствуясь общим признаком, коим сенатор привык наделять все предметы. Так: —– в кои веки попав на цветущее лоно природы, Аполлон Аполлонович видел то же и здесь, что и мы; то есть: видел он – цветущее лоно природы; но для нас это лоно распадалось мгновенно на признаки: на фиалки, на лютики, одуванчики и гвоздики; но сенатор отдельности эти возводил вновь к единству. Мы сказали б конечно: – «Вот лютик!» – «Вот незабудочка…» Аполлон Аполлонович говорил и просто, и кратко: – «Цветы…» – «Цветок…»Между нами будь сказано: Аполлон Аполлонович все цветы одинаково почему-то считал колокольчиками… — С лаконической краткостью охарактеризовал бы он свой собственный дом, для него состоявший из стен (образующих квадраты и кубы), из прорезанных окон, паркетов, стульев, столов; далее – начинались детали…
— Ага, дядь Вася! — закричали из библиотеки. — К моей совести взываешь, а сам-то? У самого-то совесть отмерла! Человека отказываешься спасти из-за боязни за собственную шкуру. Чем ты тогда лучше меня?Дядь Вася сжал кулаки.— Ладно, — прошептал он, — покажем ироду, что мы из другого теста слеплены! — Он хлопнул Ионыча по плечу. — Пошли твоего друга выручать. — Дядь Вася с решительнейшим видом подтянул поношенные брюки и, наворачивая снежную кашу на сапоги, словно крошечный бульдозер двинул обратно к площади. Ионыч положил лопату на плечо и пошел за ним. Из библиотеки закричали:— Да вы просто выгоды не видите! А выгода в том, что живым быть выгоднее, чем мертвым! Если вы такие умные, почему вы скоро станете мертвыми?!Ему не ответили. Человек в библиотеке нервно заходил из стороны в сторону. Остановился, топнул тапкой об натертый мастикой паркет:— Подонки! Совесть разбудили!
"... Там, в зале, есть все, весь спектр человеческих чувств, страданий, переживаний, там и радость, и веселье, и горестные воспоминания, и внезапные светлые слезы, и иронические улыбки, и восторг, и негодование, и презрение – да все разве перечислишь? Разве можно в нескольких словах передать все, что остается в зрительном зале после того, как спектакль посмотрит несколько сотен человек, каждый из которых – со своей историей, со своим характером, со своим жизненным опытом, со своими уникальными воспоминаниями, а стало быть, со своим индивидуальным и неповторимым восприятием? И следы этого восприятия, следы переживаний каждого отдельного зрителя остаются здесь, в зрительном зале, в его воздухе, в обивке кресел, в дереве паркета, во всей атмосфере. Эту атмосферу Театр чувствует, читает, как книгу, дышит ею, живет в ней..."