Покойный Цитаты (показано: 1 - 30 из 40 цитаты )

Тематика:
– Да что-что! – раздраженно буркнул Иван. – Что непонятного-то? Последняя воля покойного! Покойный велел… – Что ты заладил: «Покойный, покойный…» Ты же взрослый человек! Должен понимать, что покойный – это по определению тот, которому с прибором положить на все, кроме покоя. В том числе на свою собственную последнюю волю! – Что ты имеешь в виду? – Нормальных покойных за гробом такая фигня, как какие-то контейнеры, интересовать не должна. – А что их, по-твоему, должно интересовать? – Если они попали в рай, то должны думать, где бы раздобыть самоучитель игры на арфе и тексты псалмов на греческом, которые им придется исполнять во славу Господа на подпевках у хора ангелов. – А если в ад? – Тогда должны думать, сколько денег надо занести ближайшему надзирателю с рогами и вилами, чтобы он переставил твой котел с кипящим маслом поближе к кондиционеру…
мне в нем не вполне приятны две черты, собственно, может быть, даже не черты, а лишь дурные привычки. Первое: когда я с ним разговариваю, он пристально смотрит мне прямо в лицо. У меня, как вам известно, весьма выразительные глаза, и я умею сверкать ими так же страшно, как покойный Фридрих Великий; ни один камергер, ни один паж не осмеливаются смотреть мне в глаза, когда я, устремив на них пронзающий взор, спрашиваю, не наделал ли повеса новых долгов или не сожрал ли марципан? Но на господина фон Крейслера, сколько бы я ни сверкал очами, это не производит даже самого малого действия, он только улыбается в ответ, да так, что я сам не выдерживаю его взгляда. Кроме того, у него странная манера разговаривать, отвечать, вести беседу, ― тебе невольно приходит на ум, уж не лишены ли твои слова всякого смысла, и ты, если можно так выразиться... Клянусь святым Януарием, маэстро, это совершенно непереносимо, ― вам следует позаботиться, чтобы господин фон Крейслер оставил эти свои привычки.
— Значит, вы все-таки любите людей! — Слушайте, господин Понс, прекратите навязывать мне любовь к чему бы то ни было! Типичные поповские штучки! Я не люблю никого и ничего. Моя профессия — фармацевт, это значит не давать людям помереть раньше времени. Я просто делаю свою работу, вот и все. Давайте проваливайте отсюда. Я вам верну мальчишку в хорошем состоянии, обработанного, чистого и с такими бумагами, чтобы эти мерзавцы оставили его в покое, черт побери! Она развернулась и пошла прочь, не желая продолжать спор. Отец Понс наклонился ко мне и с улыбкой шепнул: — В деревне ее так и называют — Черт-Побери. Она бранится похлеще, чем ее покойный отец-полковник. Черт-Побери принесла мне поесть, постелила постель и тоном, не терпящим возражений, приказала как следует отдохнуть. Засыпая, я против воли испытал известное восхищение перед женщиной, у которой «черт побери» звучало столь же естественно, как у других — «добрый день».