Пятая Цитаты (показано: 1 - 25 из 25 цитаты )

- Эти двенадцать богов соответствовали двенадцати основным типам человека. Греки брали за образец самих себя. Меня, вас, своих жен, матерей, сестер. Они изучали разные людские характеры и наделяли ими своих богов. В сущности, они просто возводили самих себя на Олимп. Переберите их главных богинь: одна - мать и хранительница домашнего очага, другая - возлюбленная, третья - девственница, четвертая - ведьма из преисподней, пятая - хранительница цивилизации и друг человека... - Это кто же? Кто пятая, сэр? - Афина паллада. Минерва римлян. Ей плевать на стряпню и пеленки, которыми занимается Гера, на духи и косметику Афродиты... Она верный друг всякого, кто заслуживает ее дружбы. Мать не помощница сыну, как и жена мужу, как и возлюбленная любовнику. Всем трем нужно, чтобы мужчина принадлежал им. Служил бы их личным интересам. Афине же нужно, чтобы он возвышался и совершенствовался сам.
— Вы находитесь во власти сострадательных людей, которые желают спасти вашу душу, предав вас смерти. Вы умрете… Никто не придет вам на помощь… Покайтесь в ваших грехах и умрите добровольно, или… — Добровольно?! Боже меня сохрани! Мне жизнь еще не надоела. Убирайтесь вы к черту с вашей философией… — Решайтесь же, — прибавила Эмма, вынимая револьвер. — Я не хочу умирать! — стонал несчастный. — Кайтесь. Молитесь. Я приношу вас в жертву во имя Отца и Сына, и Святого Духа, аминь! Раздался выстрел. Пуля засела в правой руке. Студент упал на колени. — Сжальтесь!.. Пощадите… — как стон вырвалось из его груди. — Господь милосерден, — отвечала Эмма, хладнокровно продолжая стрелять, словно в мишень: еще две пули попали в живот и, наконец, пятая — в грудь. — Так убейте ж меня поскорее! — взмолился Пиктурно. Грянул выстрел… голова несчастного юноши склонилась на грудь… и его не стало… — Умер, — жертвоприношение совершилось.
Тематика:
Русские – в смысле бывшие советские. Дело, наверное, не в национальности. Русский или татарин, вотяк или еврей – мы не растворяемся в европейском людском месиве. Будто пятая человеческая раса, существуем от других наособицу и отличимы от всех иных так же явственно, как белые, черные, желтые и краснокожие народы. Вот будет для будущих антропологов и этнографов загадочка – почему? В чем генетическая разница? Настороженное выражение лица? Колющий взгляд, исподлобья, в сторону – испуганный и атакующий одновременно? Не знаю. Никто не понимает. Я узнаю земляков в толпе даже со спины. По походке? У нас особенная стать? Бомжи и миллионеры, профессора и воры, молодцы и дедушки несут в себе незримую, но отчетливую общность, которую ученые дураки из Гарварда назвали бы наследственной ментальностью зеков. Мы все – выброшенная в мир мутация пожизненных арестантов.
Тематика:
Однажды ночью, точнее, позавчера мне снился сон. Сон был невероятным. В этом сне я встретила ее на Трафальгарской площади. Вернее, встретила их. Их было пять. Пять Эвелин. Одной еще не было восемнадцати, и в жизни я ее такой не видела. Вторая была в первом браке, и в этом возрасте я уже знала ее улыбку и рукопожатие, которое оставляло впечатление того, что в твоей ладони оказалось что-то бесценное. Что-то из серебра. Третьей было около тридцати лет, и вокруг ее глаз собралось немного усталости, она как раз собиралась выйти замуж за моего брата. У четвертой была определенная твердая улыбка, более твердая, чем прежде, а пятая была та бледная Эвелин, которую мы провожали до могилы. Все пять приветливо гладили меня по щекам и говорили: — Не грусти, что нас больше нет с тобой. Мы все равно где-то здесь, рядом. Совсем близко. Мы не оставили тебя одну и никогда не оставим!