Успокаиваться Цитаты (показано: 61 - 90 из 288 цитаты )

Когда однажды ночью он обнял меня посреди садов площади Карусель, я с возмущением сказала: «Я не поцелую никого другого, кроме человека, которого полюблю». Он спокойно ответил: «Но вы любите меня!» И я сразу поняла, что это правда. Если же я не заметила этого раньше, то потому, что все произошло слишком быстро: с ним все происходило так быстро! Это-то прежде всего и покорило меня; другие люди были слишком медлительны, да и жизнь — такая неторопливая. А у него время мчалось, он гнал вовсю. С той минуты, как я поняла, что люблю его, я с восторгом следовала за ним от сюрприза к сюрпризу. Я узнавала, что можно жить без мебели и расписания, обходиться без обеда, не ложиться ночью, спать после обеда, любить в лесу не хуже, чем в постели. Мне показалось это простым и радостным — стать женщиной в его объятиях; если наслаждение пугало меня, то его улыбка успокаивала.
Мой старик говаривал мол просто делай все наилучшим образом и он был прав. Говаривал что ничто так не успокаивает как прогулка по утрам и понимание того что ты не Бог и не все в твоей власти. И если ты в чем-то ошибся просто встань и признайся скажи что сожалеешь о своей ошибке и продолжай работать. Не мучайся угрызениями. Наверно сегодня это кажется слишком элементарным. Даже мне. Тем более стоит пораздумать над этим. Он был немногословен поэтому я старался запоминать то что он говорил. К тому же у него не хватало терпения дважды повторять одно и то же так что я научился запоминать его слова с первого раза. По молодости лет мне случалось сбиваться с пути и не следовать его наставлениям но взявшись за ум я положил себе больше не делать этого и не делал. Думаю истина всегда проста. Без этого никак не обойтись. Она должна быть достаточно простой чтобы ее мог понять даже ребенок. Иначе может оказаться слишком поздно. Когда дойдешь до нее своим умом может оказаться слишком поздно.
Коммерческий мир переживал панику. Начиная с мая, биржа вступила в полосу жесточайших потрясений. За месяц было зарегистрировано более двух тысяч конкурсов. В июне число их поднялось до пяти. Пока гибли мелкие предприятия, финансовые газеты пытались ослабить впечатление надвигающейся катастрофы и успокаивали общественное мнение тем, что кризис лишь очистит экономическую жизнь страны от "несолидных и лишних предприятий, выросших на почве валютной спекуляции". Но в июне жертвою кризиса сделалось несколько старейших и крупнейших предприятий. Этот удар тяжело отразился на промышленности и на массе мелких держателей акций. И газеты уже не скрывали тревоги. Надвигалась настоящая катастрофа, тем более страшная, что само возникновение кризиса не поддавалось обычным объяснениям "экономической конъюнктуры". Как будто новая, неведомая болезнь страшной эпидемией прокатилась по финансовым предприятиям, захватывая все новые жертвы.
Клим смотрел, как вода, успокаиваясь, текла в одну сторону, играя шапкой Бориса, смотрел и бормотал: - Она его утопила... Он кричал - пусти, ругал ее. Ремень он вырвал... Лидия, взвизгнув, упала на лед. Лед скрипел под коньками, черные фигуры людей мчались к полынье, человек в полушубке совал в воду длинный шест и орал: - Разойдись! Провалитесь. Тут глыбко, господа, тут машина работала, али не знаете! Клим стал на ноги, хотел поднять Лиду, но его подшибли, он снова упал на спину, ударился затылком, усатый солдат схватил его за руку и повез по льду, крича: - Разгоняй всех! А мужик, размешивая шестом воду, кричал другое: - Образованные господа, распоряжаитись, а закону не знайте... И особенно поразил Клима чей-то серьезный, недоверчивый вопрос: - Да - был ли мальчик-то, может, мальчика-то и не было? "Был!" - хотел крикнуть Клим и не мог. Очнулся он дома, в постели, в жестоком жару. Над ним, расплываясь, склонялось лицо матери, с чужими глазами, маленькими и красными.
Тематика:
... сострадание, черт возьми, - это палка о двух концах: тому, кто не умеет с ним справиться, лучше не открывать ему доступ в сердце. Только вначале сострадание, точно так же, как и морфий, - благодеяние для больного, целебное средство, помощь; но если его неправильно дозировать и вовремя не отменить, оно тут же превращается в смертельный яд. Первые несколько инъекций приносят облегчение, они успокаивают, снимают боль. Но организму - телу и душе - роковым образом присуще губительное свойство привыкать; как нервная система нуждается во все больших дозах морфия, так и чувство все больше и больше жаждет сострадания, пока не начнет требовать невозможного. В один прекрасный день неизбежно наступает момент, когда нужно сказать "нет", не думая о том, не возненавидят ли тебя за это гораздо сильнее, чем если б ты вообще ничем не помог.