Чаша Цитаты (показано: 1 - 30 из 303 цитаты )

Романс старости Ухожу, ибо в этой обители бед Ничего постоянного, прочного нет! Пусть смеется лишь тот уходящему вслед, Кто прожить собирается тысячу лет. Книга жизни моей перелистана — жаль! От весны, от веселья осталась печаль… Юность-птица! Не помню, когда ты пришла И когда, легкокрылая, вдаль уплыла… Месяца месяцами сменялись до нас, Мудрецы мудрецами сменялись до нас. Эти камни в пыли под ногами у нас Были прежде зрачками пленительных глаз… Вместо солнца весь мир осветить не могу, В тайну сущего дверь отворить не могу. В море мысли нашел я жемчужину-суть, Но от страха боюсь я на свет повернуть… До того, как мы чашу судьбы изопьем, Лучше, милая, чашу иную нальем: Может статься, что сделать глоток пред концом Не позволит нам небо в безумстве своем… Мы — источник веселья и скорби рудник, Мы — вместилище скверны и чистый родник! Человек — словно зеркало, мир — многолик: Он ничтожен и все-же безмерно велик!
Тематика:
- А знаете, о чем я все думаю? – продолжал, помолчав. – Что это значит: да идет чаша сия мимо Меня. Как мог Он это сказать? Для того и пришел, чтобы чашу испить, - и вот не захотел, ослабел, ужаснулся. Это Он-то, Он – Бог! Совсем как человек… А что, Голицын, есть Бог? Только просто скажите: есть? - Есть, Рылеев, - ответил Голицын и улыбнулся. - Да, вот так просто сказали, - улыбнулся Рылеев. – Ну, не знаю, может, и есть. А только вам на что? Ведь вы свободы хотите? - А разве нет свободы с Богом? - Нет. С Богом – рабство. - Было рабство, а будет свобода. - Будет ли? И когда еще будет? А сейчас… Нет, холодно, Голицын, холодно! - Что холодно, Рылеев? - Да вот ваш Бог, ваше небо. Кто любит небо, не любит земли. - А разве нельзя вместе? - Научите как? - Он уже научил: да будет воля Твоя на земле, как на небе. Тут уже вместе. - Планщик! - Ну что ж, пусть. За этот «план» умереть стоит.
Тематика:
Квартира укутана в красные шерстяные ковры, в их ворсе прячутся продавцы снов. Вечером они медленно и боязливо вылезают, отряхиваются и разбредаются по комнатам, в мятых синих халатах и сбившихся набок колпаках. Усатый и низенький несет под мышкой деревянные счеты. Другой, худющий, лысоватый (в тренировочных и стоптанных туфлях), тащит весы, но не такие, как в овощном магазине, а такие, как в кондитерском отделе. Продавцы располагаются на подоконнике-прилавке. Они ждут, тихо перешептываясь, ковыряя наточенными спичками в зубах. Сны завозят около одиннадцати, еле слышно бибикнув или пустив сквозь щелочку в шторах яркий отблеск фары. Тогда продавцы начинают суетиться. На одну квадратную чашу они подсыпают сны синим эмалированным совком, наблюдая, как дрожит стрелка. На другую чашу они кладут черные гири. А маленьких гирек у них нет. Поэтому они довольно долго возятся, подсыпая сны для бабушки и деда. А мне выдают остаток, в последнюю очередь.