Глава Цитаты (показано: 61 - 90 из 515 цитаты )

Тематика:
В комнате наслаждений, убранной цветами, где воздух благоухает ароматами, окруженый друзьями и слугами, принимает мужчина женщину, что приходит к нему, принявшая омовения и роскошно одетая. Он просит ее разделить с ним трапезу и возлияния и усаживает ее слева от себя. Правой рукой он гладит ее по волосам и дотрагивается до узла, стягивающего ее одежды, а затем нежно обнимает ее. Далее беседуют они с приятностью на разные темы, включая такие, какие в других обстоятельствах сочли бы нескромными. Затем приходит время пения и танцев, игры на музыкальных инструментах и разговоров об искусстве. Потом вновь предаются они совместным возлияниям, и, когда наконец мужчина видит, что любовь и желание переполняют женщину, он отпускает своих слуг и друзей, одарив их цветами, благовониями и листьями бетеля. А затем, когда остаются мужчина с женщиной наедине, то предаются они любви так, как было описано в предыдущих главах. Вот что должно предшествовать соитию.
Влияние характера - самый могущественный фактор в жизни народов, между тем как влияние ума в действительности очень слабо. Римляне времен упадка имели более утонченный ум, чем ум их грубых предков, но они потеряли прежние качества своего характера: настойчивость, энергию, непобедимое упорство, способность жертвовать собой для идеала, ненарушимое уважение к законам, которые создали величие их предков. Только благодаря характеру 60 тысяч англичан держат под своей властью 250 миллионов индусов, из которых многие по крайней мере равны им по уму, а некоторые неизмеримо превосходят их эстетическим вкусом и глубиной философских воззрений. Только благодаря характеру, они стоят во главе гигантской колониальной империи, какую когда-либо знала история. На характере, но не на уме основываются общества, религии и империи. Характер дает народам возможность чувствовать и действовать. Они никогда не выигрывали много от того, что желали слишком много рассуждать и слишком много мыслить.
Признание Стендаля: "Я не начинал писать до 1806 года, пока не почувствовал в себе гениальности. Если бы в 1795 году я мог поделиться моими литературными планами с каким-нибудь благоразумным человеком и тот мне посоветовал бы: "Пиши ежедневно по два часа, гениален ты или нет", я тогда не потратил бы десяти лет жизни на глупое ожидание каких-то там вдохновений". И Стендаль сумел наверстать упущенное. Благодаря систематической работе он смог написать "Пармскую обитель" менее чем в два месяца. Флоберу в столь краткий срок, может быть, не удалось бы написать и одной главы, но зато он не нуждался ни в чьих советах, чтобы дойти до истины, обретенной Стендалем с таким опозданием. Никто, как Флобер, в эпоху, еще насыщенную романтизмом, и сам будучи глубоко проникнут романтичностью, не выступал так гневно против вдохновения. Он считал вдохновение уловкой для мошенников и ядом для творческой мысли. "Все вдохновение,- утверждал Флобер, - состоит в том, чтобы ежедневно в один и тот же час садиться за работу".
Никто не верил, что Россия может подняться на ноги, это противоречило здравому смыслу. Но ведь поднимается. Подтверждений тому всё больше, это осознали даже Верховные Иерархи ведь далеко не случайно они поспешно разработали стратегию последнего удара. Крах Советского Союза спровоцировали искусственным падением цен на нефть: империю лишили долларовых инъекций, и она рухнула. Теперь то же самое решили сделать с Россией. Война с Ираком, революция в Грузии это только первые шаги. На очереди Украина, Белоруссия, Казахстан. Пустить нефтяные потоки того же Казахстана в обход России, ограничить транзит российской нефти через Украину. Лишив Россию долларовой подпитки, можно легко спровоцировать социальный взрыв. Уже даже известно, кто его возглавит, кто встанет во главе лояльного Легиону нового демократического правительства. Да, внешне всё выглядело гладко Россию обложили со всех сторон, её участь предрешена. Так думают Верховные Иерархи хотят думать. Но суждено ли сбыться их планам?
Про распределение орденов и медалей в отряде по окончании турецкой войны, глава восьмая:На шестьдесят оставшихся в живых человек, почти за пять месяцев отчаянной боевой работы, за разгон шаек, за десятки взятых в плен и перебитых в схватках баши-бузуков, за наши потери ранеными и убитыми, нам прислали восемь медалей, которые мы распределили между особенно храбрыми, не имевшими ещё за войну Георгиевских крестов; хотя эти последние, также отличившиеся, и теперь тоже стоили наград, но они ничего не получили, во-первых, потому, что эта награда была ниже креста, а во-вторых, чтобы не обидеть совсем не награждённых товарищей. Восьмерым храбрецам даны были медали, семеро из них радовались как дети, а Инал Асланов ругательски ругался и приставал к нам:- Пачему тэбэ дали крест с джигитом на коне, а мэнэ миндал с царским мордам? - очень обижался старик.