Копия Цитаты (показано: 1 - 30 из 686 цитаты )

копится нежность к тебе копится колется нежность к тебе колется под сердцем свила гнездо отзывается на каждый вздох ночью горлом идет-капает очевидностью доканывает гладит все подкожные родинки все нервишки мои неровные вырастает комочком маковым на кулак меня наматывает проливается истерикой и режет до крови и жестко стелет и просится к тебе в руки брызнуть и как твои увлечения то галопом то рысью и без знаков препинания и лекарственно понимание она не я она не я она не я она не я и ты для нее что-то другое особое нежность моя как спортсмен собрана как бравый военный собрана как пупырышки на коленях содрана до мяса содрана до самого мяса и умеет обнимать тебя и умеет с тобой смеяться и умеет видеть тебя глубже глаз и помнит каждую метку и помнит как обожглась и ззззззззззззззз под кожей как яд вот такая она вот такая я
Тематика:
«Странное гудение в воздухе, от которого чуть не заложило уши, заставило Фортуната оглянуться. Поднявшись, он был немало удивлен, увидев возле скамейки какого-то человека во всем сером, с фехтовальной маской на лице и подобием копья в руке. В нескольких метрах над его головой плыло какое-то плотное, но изменчивое в своих очертаниях облачко, оно вытягивалось то в одну, то в другую сторону и, покружив, село на ветку дерева, все еще продолжая шевелиться. Человек в сером вдруг подскочил к дереву и поддел своим копьем, на конце которого оказалась сеть, этот загадочный ворох, после чего с довольным видом направился к одному из домов и по пожарной лестнице, с перекинутым через плечо копьем и с уловом за спиной, забрался на крышу, вскоре скрывшись из виду. – Это пасечник монастырский, – пояснила Хаубериссеру появившаяся из-за колодца пожилая женщина, заметив, как округлились глаза у нездешнего господина, – рой улетел из улья, вот и пришлось погоняться за маткой».
Хорхе дотянулся дрожащими руками до книги и придвинул ее к себе. Она лежала перед ним открытая, но перевернутая, так что Вильгельм мог бы по прежнему читать написанное на листах. «Тогда почему же, — снова заговорил Хорхе. — Господь дозволил, чтобы этот труд в течение многих столетий оставался в неизвестности, в небытии, и чтобы сохранилась одна единственная копия, и та пропала неведомо куда, и чтобы единственная копия с этой копии пролежала еще множество лет погребенная в собрании язычника, не понимавшего по гречески, а после этого и вовсе потерялась в подвале старой библиотеки, куда я, именно я, а не ты, был прислан провидением, чтобы разыскать ее, увезти с собой и прятать в своем тайнике еще очень много лет? Я знаю, знаю так же ясно, как будто это написано передо мной диамантовыми буквами, перед моими очами, которыми видно то, чего тебе не увидать, я знаю, что в этом то и проявилась воля Господня, исполняя которую я сделал то, что я сделал. Во имя Отца, Сына и Святого Духа».