Механический Цитаты (показано: 1 - 30 из 153 цитаты )

Он часто слышал слышал это слово техника и решительно не понимал, что такое под этим разумели. Он знал, что под этим словом разумели механическую способность писать и рисовать, совершенно независимую от содержания. Часто он замечал, как и в настоящей похвале, что технику противополагали внутреннему достоинству, как будто можно было написать хорошо то, что было дурно. Он знал, что надо было много внимания и осторожности для того, чтобы, снимая покров, не повредить самого произведения, и для того, чтобы снять все покровы; но искусства писать, техники тут никакой не было. Если бы малому ребенку или его кухарке также открылось то, что он видел, то и она сумела бы вылущить то, что она видит. А самый опытный и искусный живописец-техник одною механическою способностью не мог бы написать ничего, если бы ему не открылись прежде границы содержания.
Одного за другим расспрашивал я своих лучших информаторов, и вот что они говорили: девственница (накапату; на — префикс, указывающий на женский род, канату — запечатанный, закрытый) не может родить ребенка и не может зачать, потому что ничто не может ни войти в ее вульву, ни выйти оттуда. Ее надо открыть, или "пронизать" (ибаси; это слово употребляется для описания воздействия водяных капель на Булутукуа). Поэтому влагалище женщины, часто вступающей в половую связь, будет более открытым, и ребенку-духу легче войти в него. Та же женщина, которая остается совершенно целомудренной, будет иметь намного меньше шансов забеременеть. Но совокупление совсем не обязательно, оно лишь механически способствует. Вместо него может быть использован любой другой способ расширения прохода, и если балома пожелает вложить ваивайа или таковой сам захочет войти внутрь, то женщина забеременеет.
Такие же культуры, которые найдут равновесие между двумя крайностями, будут преуспевать. В настоящее время повсюду в мире мы можем наблюдать и слишком закоснелые, и слишком сумбурные культуры. Малые отсталые сообщества, полностью находящиеся под тяжким бременем запретов и древних обычаев, являются примерами первого типа. Те же самые сообщества, подвергшиеся преобразованию и «подпитке» со стороны более развитых культур, быстро переходят в разряд вторых. Излишняя доза социальной новизны и исследовательского ража ослабляет стабилизирующие силы, кроющиеся в опыте предков, и заметно изменяет баланс. В результате возникает культурная неразбериха и распад. Счастливо то общество, в котором наблюдается постепенное обретение идеального равновесия между подражанием и любопытством, между рабским, механическим копированием и передовым, рациональным экспериментированием.
— Душа подобно телу дряхлеет, — ответил мужчина. — Становой ее хребет горбится и усыхает из-за вялости, сделок с совестью, легких удовольствий. Плоть становится дряблой. Душа тоже обрастает жирком. Из-за праздности, эгоизма, скупости она становится неспособной к любому усилию, которое могло бы ее возвысить. И превращается в слепое чудовище. — И какое от этого лекарство? — Молитва. Не механическое повторение заученных слов, но глубокая медитация о предназначении человека. Мы до самой смерти колеблемся между светом и силой тяготения, между надеждой и ветрами страстей. Молитва — как древесный сок. Она возвышает, питает и укрепляет. Помогает раскрыть глаза и утоляет печали. Душа, жаждущая света, черпает в ней силу, чтобы сопротивляться упадку. Она открывается навстречу доброте и с благодарностью противостоит искушению обычными низостями. Божественный свет несет доброту и любовь. И ограждает от порока.