Передача Цитаты (показано: 1 - 30 из 183 цитаты )

Рядовой советский гражданин знает об американской литературе больше, чем средний американец. Помню, в 1987 году Фил Донахью приехал в Советский Союз, чтобы записать серию передач. Во время одной из них он обратился к аудитории: — Поднимите руки те, кто хотел бы поехать посмотреть Америку. Поднялся лес рук. — Куда именно вы хотели бы поехать? — спросил Фил одного из участников передачи. — В Нью-Йорк. — Отлично. А вы? — спросил он другого. — В Лас-Вегас. — Ого! А вы куда поехали бы? — В город Оксфорд, Миссисипи. — Понятно, — почти механически ответил Фил, потом спохватился и с изумлением переспросил: — В Оксфорд, Миссисипи? А почему, собственно? — Потому, что там жил мой любимый писатель Уильям Фолкнер, — последовал ответ. У Фила отвисла челюсть. Вспоминая этот случай, он часто добавлял: «Интересно, сколько американцев знают об этом?» Немногие, это факт.
Тематика:
— Вы когда-нибудь об этом задумывались? — О твоем мозге? — О мозге вообще. Моем, вашем, любом. В сущности, это двигатель. Ну да. Тонко отлаженный мотор. С кучей разных деталей — передачи, болты, пружины. Мы даже не знаем, зачем нужна половина из них. Но если откажет одна… нужна половина из них. Но если откажет одна маленькая деталь, всего одна… Вы задумывались об этом? — Да как-то нет. — А вы задумайтесь. Это как с автомобилем. То же самое. Одна передача полетела, один болт треснул, и вся система накрылась. Ну как жить, когда ты это понимаешь? — Он постучал себя пальцем по виску. — Все спрятано здесь, и ты не имеешь к этому доступа и, в сущности, ничего не контролируешь! Это оно контролирует тебя. А если в один прекрасный день оно решит не выходить на работу? — Он подался вперед, и они увидели напрягшиеся жилы на шее. — Тогда считай, что ты в глубокой заднице, правильно? — Интересный взгляд, — сказал Чак. Питер снова откинулся на спинку стула, вдруг сделавшись апатичным. — Это пугает меня больше всего.
Когда живописец рисует прекрасный, полный прелести образ, мы требуем от него, если этому образу присущ какой-нибудь мелкий недостаток, чтобы он не опускал его совсем, но и не воспроизводил слишком тщательно: ведь в последнем случае теряется красота, в первом — сходство. Равным образом, раз уж трудно или просто невозможно показать человеческую жизнь безупречно чистую, то, как и при передаче сходства, лишь воспроизводя прекрасное, следует держаться истины во всей ее полноте. А в ошибках и недостатках, проникающих в деяния человека под воздействием страсти или в силу государственной необходимости, должно видеть проявление скорее несовершенства в добродетели, чем порочности, и в повествовании не следует на них останавливаться чересчур охотно и подробно, но словно стыдясь за человеческую природу, раз она не создает характеров безукоризненно прекрасных и добродетельных.
Тематика:
Когда стараются дать как можно больше знаний о культуре, думают, что этим мы делаем культурного человека. Но здесь ошибка. Мы просто водим ребёнка мимо культуры, остающейся отчуждённой. Она отчуждена объёмом, отчуждена тем, что произошли резкие перемены, скачок из тех культурных контекстов в какое-то вроде бы совершенно другое житейское пространство. Мы подводим ребёнка к культурным явлениям, а контакта нет; словно мы его подводим, а во там, за какой-то перепоночкой, существуют себе культуры (...) Поэтому, мне кажется, что на современном этапе более важной вещью, чем передача объёма культуры и даже её качественных принципов, является прецедент культуры... И для разных людей это может происходить в очень разных точках, иногда по поводу самых странных произведений. Когда происходит это глубокое прочувствование хотя бы чего-то одного, то человек уже как бы сам становится своим проводником, начинает душевно грамотно осматриваться и двигаться в культурном пространстве, поскольку целостно всё.