Песчаный Цитаты (показано: 1 - 30 из 70 цитаты )

И вдруг все было прервано, Уильям Бэнкс вспомнил (подлинный случай), прервано курицей, простершей крылья над выводком цыплят, возле которой Рэмзи остановился, показал на нее тростью, сказал: "Чудно, чудно", и какое-то странное озарение было тогда в сердце, думал Уильям Бэнкс, и осветило его простоту и сочувствие к малым сим; но дружбе их, кажется, тогда и настал конец, на самой той деревенской улице. Потом Рэмзи женился. Потом, что ни говори, из дружбы ушло главное. Чья тут вина, он не знал, но только открытия сменились повторами. Ради того чтобы повторяться, они видались теперь. Но в молчаливом своем разговоре с дюнами он доказывал, что привязанность его к Рэмзи ничуть не уменьшилась; и, как тело юноши пролежало столетье в торфянике, не утратив алости губ, так и дружба его во всей остроте и силе погребена там, за бухтой, в песчаных дюнах.
Тематика:
далеко-далеко на юге лежат тёплые острова. там, на песчаных пляжах, негры практикуют культ вуду и в году триста шестьдесят четыре солнечных дня, так что солнце успевает до дна прогреть неглубокие лагунки. тепла в тех краях так много, что не жалко поделиться с соседями, и именно там начинается тёплое течение Гольфстрим. горячая вода и влажный воздух потихоньку стекают к северу. океанское течение пересекает Атлантику... и вот там начинается совсем другая жизнь. в этих краях совсем нет солнца, а вода - не голубая, а серая. чем дальше во фьорды забирается течение, тем меньше в нём остаётся тепла. добравшись до самого конца Балтики, Гольфстрим совсем остывает, отдаёт серому миру последние карибские градусы, и стужа выжимает из воздуха остатки влаги, поэтому в тех краях всегда идёт дождь. будто Гольфстрим плачет, что так и не смог сделать север хотя бы капельку более тёплым, хотя бы немного менее хмурым.
Сколько лишнего набирает с собой человек в путешествие по волнам житейского моря! Массу друзей, которые не ценят его ни на грош; лишнюю прислугу; дорогие и скучные удовольствия; формальности, притворство, страх перед тем, что "люди скажут"! Все это суета, господа, ужасная суета. Бросьте ее за борт вшей жизни, и вы только легче вздохнете, и легче понесется ваша житейская лодочка! Бросьте, а то не заметите даже действительной прелести жизни: ни прозрачного, свежего воздуха, ни свежей и нарядной зелени весной, ни песни прибоя на песчаном берегу, ни любви молодой и чистой! Берите с собой только самое необходимое, чтобы не затруднять хрупкое суденышко: уютный дом, не больше двух друзей, кого-нибудь, кто любит вас и кого вы любите, две трубки, кота, собаку; достаточно, чтобы поесть и одеться, и немного более чем достаточно, чтобы выпить, потому что жажда - опасное дело! Тогда ваша лодочка не погибнет так легко и у вас будет времени, чтобы работать, и думать, и наслаждаться солнечным светом.
А потом, словно пассат, начиналось греческое гостеприимство, и стаканы звенели и опорожнялись под бесчисленные тосты - и Гигантис, и Гидеон были непревзойденными их сочинителями. Не раз этих краснобаев привозили из дальних сел на мулах - в состоянии восторженного изнеможения. Однажды мул сбросил Гидеона в море. Он подозревал, что его подтолкнул Гигантис. А один из молодых офицеров связи заявил, что видел русалку, после чего бросился за ней вплавь в сторону Малой Азии, призывая ее остановиться и хотя бы поговорить с ним. Офицера посадили под арест, а он был так возмущен всеобщим недоверием, что вызвал Гидеона на дуэль - на песчаном пляже Коса. Форму Бригадира, пока он купался, съела коза... - В общем, - сказал Гидеон. - много было колоритных подробностей, таких, которые можно обсуждать лишь в частной беседе в клубе, среди офицеров, равных по званию. (226)