Подпускать Цитаты (показано: 1 - 30 из 48 цитаты )

Великий роман, который нам сопротивляется, не обязательно более трудный, чем какой-нибудь другой… просто между ним, при всем его величии, и нами, при всей способности его «понять», на которую мы претендуем, не происходит некая химическая реакция. В один прекрасный день мы вдруг попадем в такт с романом Борхеса, который до сих пор не подпускал нас к себе, но роман Музиля так и останется для нас чужим…Тогда выбор за нами: мы можем думать, что сами виноваты, что чего-то у нас в мозгах не хватает, что есть в нас какая-то неизживаемая тупость, а можем искать причину в очень спорной области вкуса и постараться определить свой. Благоразумнее всего рекомендовать детям второй вариант. Тем более что он может доставить им изысканное удовольствие: перечитывать, наконец-то понимая, почему книга им не нравится. И еще одно удовольствие, невзыскательное: спокойно выслушивать дежурные вопли педанта от литературы:— Да как же можно не любить Стенда-а-а-а-а-аля?!Можно.
Красноречивость пальцев, язык глухих и немых, тайнопись тела, жаждущего другого тела. Кто обучил тебя писать кровью по моей спине? Кто научил тебя ставить на мне тавро ногтями? Ты выцарапала свое имя у меня на плечах, отметила меня своим знаком. Подушечки твоих пальцев обратились в литеры горячего набора, ты вбиваешь послание в мою кожу, смысл в мое тело. Твоя азбука Морзе мешает биенью моего сердца. У меня было верное сердце, пока мы не встретились с тобой. На него можно было положиться, оно не подводило меня, служило преданно и крепчало. Но теперь ты изменила темп, ты вплела свой ритм, ты играешь на мне, как на тугом барабане. Тайнопись плоти — секретный код, видимый только в особом свете: в нем содержится весь опыт прежней жизни. В некоторых местах записи столько раз переписывались заново, что буквы палимпсеста на ощупь стали шрифтом Брайля. Мне нравится не подпускать к своему телу пытливые взоры. Никогда не следует открываться полностью, рассказывать историю целиком.
Я встречаю новых мужчин. Скорее, просто наблюдаю за ними, не подпуская близко. Некоторые из них приглашают на кофе, и я соглашаюсь. Чтобы посмотреть на них и в очередной раз убедиться, что никто не сравнится с тобой. Ты остался самым-самым. Я не идеализирую, я не помешалась, наоборот, сейчас мыслю трезвее, трезвее, чем когда-либо. Время расставило все по своим местам. Кто-то из этих мужчин красивее, кто-то умнее и намного самоувереннее. Но что мне за дело до них? Ни у кого из них нет таких глаз и рук, как у тебя. В твоих глазах мне мерещилось море, которое с детства люблю больше всего. В твоих руках была надежность, которая сильнее любых слов. Я просто касалась тебя – и чувствовала, как шумные волны внутри меня успокаиваются, усмиряют страхи и сомнения. А еще я мечтала, чтобы у нас был ребенок и чтобы у него были такие же глаза с морем внутри.
«А воин что, не способен к воспроизводству?» «Способен. Только это не нужно. У воина совсем другая миссия, и ему не надо тратить время на женщин. Дел и так полно. Конечно, если организм требует, тебе отдастся любая земная женщина, но не Ясная мать. Их мало, и они должны вступать в контакт только с определенными мужчинами». «Такими, как ты?» «Да». «Зачем тогда тебе потребовалась моя мать, обычная женщина? Да и все остальные тоже? От них ведь не родятся Ясные». «Видишь ли, в отличие от воинов Ясные отцы гиперсексуальны. Так сложилось. Мы нуждаемся в любви каждый день. Наши женщины подпускают нас к себе, только если нужен еще один Ясный и контакт запланирован. В остальных случаях приходится бывать с обычными женщинами, которые, к сожалению, очень сильно влюбляются в нас. Когда мы уходим, они перестают что-либо чувствовать, кроме жалости к себе. Ну, да тебе это известно».