Романтик Цитаты (показано: 1 - 30 из 312 цитаты )

Эдуард Асадов «О романтике» Многоцветно и радостно слово — РОМАНТИКА. В нём звенит что-то древнеантичное — АНТИКА, И солидный РОМАН умещается в нём, И хохочет весёлое слово — РОМ! Кто же должен романтиком в мире зваться? Да скорее всего, вероятно, тот, Кто способен воистину удивляться Блеску речки, рассвету, цветам акаций, Где другой не оглянется и пройдёт. Кто умеет (и это ему не лень), Улыбнувшись, извлечь вдруг из сердца краски И раскрасить вам будни в такие сказки, Что становится праздником серый день. Кто до смертного дня убежденно верит В души звёзд или дерева вздох живой, Кто богатство не золотом в мире мерит, А улыбками, нежностью, добротой. И не сложит романтика крыл тугих Хоть в огне, хоть бы даже у чёрта в пасти, Ведь она достояние молодых, Ведь она удивительный ключ от счастья! Юность — славная штука! Да вот беда, Говорят она слишком уж быстротечна. Пустяки! Кто романтиком стал навечно, Тот уже не состарится никогда!
Свойства нашего романтика – это все понимать, все видеть и видеть часто несравненно яснее, чем видят самые положительнейшие наши умы; ни с кем и ни с чем не примиряться, но в то же время ничем и не брезгать; все обойти, всему уступить, со всеми поступить политично; постоянно не терять из виду полезную, практическую цель (какие-нибудь там казенные квартирки, пенсиончики, звездочки) усматривать эту цель через все энтузиазмы и томики лирических стишков и в то же время «и прекрасное и высокое» по гроб своей жизни в себе сохранить нерушимо, да и себя уже кстати вполне сохранить так-таки в хлопочках, как ювелирскую вещицу какую-нибудь, хотя бы, например, для пользы того же «прекрасного и высокого». Широкий человек наш романтик и первейший плут из всех наших плутов, уверяю вас в том… даже по опыту. Разумеется, все это, если романтик умен.
Но Сверкер был романтик. Романтик одного мгновения, по всей видимости, но все-таки — романтик. В то мгновение, когда он впервые видел регистраторшу клиники, он любил ее, в несколько секунд он успевал купить ей желтый домик в Стоксунде, домик, где они проживут вместе десятки лет и умрут рука в руке. Но домик оказывался брошен в ту же секунду, как в поле зрения попадала официантка с белоснежной улыбкой, и Сверкер превращался в будущего писателя. Официантка станет его музой, она будет покоиться на его плече в огромной двуспальной кровати и нашептывать истории из своей драматической биографии, истории, которые он обратит в подлинную литературу. Однако он забывал свою музу при виде юной блондинки в черном мини-платьице. Вот, полагал он, совершенная женщина, будущая мать его детей, та, которой он отдаст все и которая в ответ даст ему то, чего он больше всего жаждет. Покой. Семью. Надежность. Через три месяца она превратится в надоедливую дурочку, которая только и знает, что хныкать.