Семеро Цитаты (показано: 1 - 30 из 36 цитаты )

Взявшись за руки в Кругу Звери начали Игру. Семеро уйдут в Одно. Разделяет их Кольцо, И на каждого из них по семи Колец надето. Пополам разделены, по планете ходят где-то Те магические Звери, забывая волшебство. И Химер слова теряя, семеро, не признавая, Смотрят на свое лицо, в зеркалах пустых стеклянных Звоном ложек оловянных зазывают на крыльцо. В страхе липнутся друг к дружке, перевертыш –словом ОМ ММО зовут, следы роняя по кольцу «работа – дом», Лишь надеждою живя и на веру полагаясь, Мир перевернуть пытаясь, забывают про себя Семь мистических Зверей. Шестерых ища поддержки, Над собой терпя насмешки, каждый в одиночку сам Пробует до смерти вспомнить Лабиринтовый Узор. Полицейский или вор, или просто бомж бездомный, Между духами подписан, их скрепляет договор. Смерть ту клятву подписала или же желанье жить, Но с той поры не могут Звери Силу до конца испить. И зелено-голубая, в Лабиринт заключена, Мчится вкруг звезды планета под названием Игра.
Про распределение орденов и медалей в отряде по окончании турецкой войны, глава восьмая:На шестьдесят оставшихся в живых человек, почти за пять месяцев отчаянной боевой работы, за разгон шаек, за десятки взятых в плен и перебитых в схватках баши-бузуков, за наши потери ранеными и убитыми, нам прислали восемь медалей, которые мы распределили между особенно храбрыми, не имевшими ещё за войну Георгиевских крестов; хотя эти последние, также отличившиеся, и теперь тоже стоили наград, но они ничего не получили, во-первых, потому, что эта награда была ниже креста, а во-вторых, чтобы не обидеть совсем не награждённых товарищей. Восьмерым храбрецам даны были медали, семеро из них радовались как дети, а Инал Асланов ругательски ругался и приставал к нам:- Пачему тэбэ дали крест с джигитом на коне, а мэнэ миндал с царским мордам? - очень обижался старик.
Про отключение света в больнице: "Те, кто к аппарату искусственной вентиляции легких подключен был, стали руками-ногами сучить да бледнеть стремительно. А день был урожайным на больных. И к моменту отключения света у нас на аппаратах лежали семнадцать человек. Сотрудников сейчас посчитаем: врача два, но один на операции, у него там свои приколы, так что врач фактически один. Плюс восемь сестер-братьев на смене должно быть, но было шесть. Итого нас семеро… Времени на все минуты три. Разобрали мешки Амбу, их оказалось ровно семь (!), и дальше все стало непонятно. Больных, подключенных к аппаратам искусственной вентиляции легких, как я уже сказал, семнадцать. И вот врач, молодой парень лет тридцати, стоя при свете свечи в коридоре у ординаторской со стопкой историй болезни в руке, просматривая их в режиме сканера штрих- кодов, не глядя на нас, решал, кому жить, а кому нет. Не было в его лице на тот момент колебаний. Движения спокойные, и пальцы не дрожат."
Тематика:
— Джентльмены, — сказал следователь, — очевидно, у нас нет других свидетелей. Ваши обязанности вам известны; если вопросов больше нет, вы можете удалиться, чтобы обсудить ваше решение. Встал старшина присяжных — высокий, бородатый человек лет шестидесяти, в грубой одежде.— У меня есть только один вопрос, господин следователь, — сказал он. — Из какого сумасшедшего дома сбежал этот ваш свидетель?— Мистер Харкер, — сказал следователь совершенно серьезно и спокойно, — из какого сумасшедшего дома вы в последний раз сбежали?Харкер снова густо покраснел, но ничего не сказал, и семеро присяжных встали и торжественно один за другим вышли из хижины.— Если вы не собираетесь продолжать ваши оскорбления, сэр, — сказал Харкер, как только они со следователем остались одни возле мертвеца, — то, полагаю, я могу удалиться?— Да.
"Эта история может показаться неправдоподобной, но в ней нет ни слова лжи, она немножко смешна и в то же время прекрасна. Одну семью, состоявшую из двенадцати человек, согнали с земли. Машины у них не было. Они смастерили прицеп из всякой рухляди и погрузили на него все свои пожитки. Потом подтащили это сооружение к шоссе №66 и стали ждать. И вскоре их взяла на буксир легковая машина. Пятеро ехали в машине, а семеро в прицепе, и собака тоже в прицепе. Оглянуться не успели - уже Калифорния. Хозяин легковой машины и вез и кормил их. И это все правда. Но откуда берется такое мужество и такая вера в людей - в себе подобных? Не многое на свете может научить такой вере. Люди бегут от того ужаса, который остался позади, и жизнь обходится с ними странно - иной раз с жестокостью, а иногда так хорошо, что вера в сердцах загорается снова и не угаснет никогда."
Я твоя раба, ты делаешь со мною, что хочешь, ну и доделался: у меня задержка, я не убереглась, я беременна, я тяжелая, у меня будет ребенок, ты станешь отцом. Ничего, где семерых не прокормишь, там и восьмой поголодает. Война — это то чудовище, которое, прежде чем сожрать самого человека, опустошает его карманы, вытягивает из них монету за монетой, чтоб ничего не пропало, чтоб все пошло в дело, — таков основной закон природы, только выучили его люди много позже. А когда она уже нажралась и рыгает от сытости, ловкие пальцы ее продолжают тащить из одного кармана и перекладывать в другой, всегда из одного, всегда — в другой. Ну, впрочем, этому война научилась у мира. Я не знаю ничего, говорит Каролино Диас. И я тоже, говорит Агостиньо Дирейто. Все вы знаете и умеете, нам от вас немного надо, вас потому и выбрали, что вы грамотные, а не нравится — тем хуже для вас, нечего было учиться, вот теперь придется пожалеть, что безмозглыми чурками не остались.
Тематика: