Слетать Цитаты (показано: 1 - 30 из 120 цитаты )

Я верил, я думал, и свет мне блеснул, наконец; Создав, навсегда уступил меня року Создатель; Я продан! Я больше не Божий! Ушел продавец, И с явной насмешкой глядит на меня покупатель. Летящей горою за мною несется Вчера, А Завтра меня впереди ожидает, как бездна, Иду: но когда-нибудь в Бездну сорвется Гора. Я знаю, я знаю, дорога моя бесполезна. И если я волей себе покоряю людей, И если слетает ко мне по ночам вдохновенье, И если я ведаю тайны — поэт, чародей, Властитель вселенной — тем будет страшнее паденье. И вот мне приснилось, что сердце мое не болит, Оно — колокольчик фарфоровый в желтом Китае На пагоде пестрой висит и приветно звенит, В эмалевом небе, дразня журавлиные стаи. А тихая девушка в платье из красных шелков, Где золотом вышиты осы, цветы и драконы, С поджатыми ножками смотрит без мыслей и снов, Внимательно слушая легкие, легкие звоны.
Тематика:
ГИТАРАЗвон гитары за стеной фанерной, Рая весть в трехмерности аду. Это все, что от четырехмерной Мне еще звучит. В немом ладу Со струями струн, луна литая Лейкой льет ледяные лучи На картину, что я с детства знаю: "Меншиков в Березове". Молчи, - Слушай эту песню за стеною, Дрожью пальца на одной струне, Так поют, что я сейчас завою На луну, как пес. И что луне Нестерпимо плыть над лагерями. Вшами отливает пепел туч Оттого, что, поскользнувшись в яме, Ледяной лежу, и что могуч На картине Меншиков надменный, Дочь кувшинкою цветет в реке Кротости, и взор ее вселенную Держит, словно яблоко, в руке. Замирает палец над струною, Ночь слетает раненой совой, - На луну, как пес, я не завою, Мне тоски не заболеть запоем, - Под луною нынче, пес, не вой!Звон гитары за стеной фанерной, Рая весть в трехмерности аду. Это все, что от четырехмерной - С тихой вечностью в ладу.
Тематика:
«Я любил числа, и они сами роем слетались ко мне, как рифмы к Пушкину. Числа – это целый народец, со своими порядками и законами, со своим равенством и неравенством. Семьями и по одиночке, сходясь и расходясь, живут они то в скобках, то под корнями, то на мансардах числителей, то в подвалах знаменателей. Их возводят в степени и сокращают. И говорят они на своем языке. Но главное, что ни число, то личность, с характером! Есть среди них заносчивые гордецы, как Мишка Зеф, которые делятся только на себя и которых зря называют простыми, а есть настоящие простаки вроде Авгы Шулина, которых дели, как хочешь и на что хочешь, есть таинственно-бесконечное число «пи», напоминающее Ваську Забровского, и есть подозрительные, словно шпионы, мнимые числа. Даже и внешне числа похожи на людей. Номер моего бочонка от лото 81 – это вылитый портрет бабушки и дедушки из деревни…» (с. 80-81)