Веер Цитаты (показано: 1 - 30 из 69 цитаты )

Когда заиграла музыка, Наташа вошла в гостиную и, подойдя прямо к Пьеру, смеясь и краснея, сказала: – Мама велела вас просить танцевать. – Я боюсь спутать фигуры, – сказал Пьер, – но ежели вы хотите быть моим учителем... И он подал свою толстую руку, низко опуская ее, тоненькой девочке. Пока расстанавливались пары и строили музыканты, Пьер сел с своей маленькой дамой. Наташа была совершенно счастлива; она танцевала с большим, с приехавшим из-за границы. Она сидела на виду у всех и разговаривала с ним, как большая. У нее в руке был веер, который ей дала подержать одна барышня. И, приняв самую светскую позу (Бог знает, где и когда она этому научилась), она, обмахиваясь веером и улыбаясь через веер, говорила с своим кавалером. – Какова, какова? Смотрите, смотрите, – сказала старая графиня, проходя через залу и указывая на Наташу. Наташа покраснела и засмеялась. – Ну, что вы, мама? Ну, что вам за охота? Что ж тут удивительного?
Тематика:
89. То, что пленяет утонченной прелестью. Знатный юноша, прекрасный собой, тонкий и стройный в придворном кафтане. Миловидная девушка в небрежно надетых хака̀ма. Поверх них наброшена только летняя широкая одежда, распоровшаяся на боках. Девушка сидит возле балюстрады, прикрывая лицо веером. Письмо на тонкой-тонкой бумаге зеленого цвета, привязанное к ветке весенней ивы. Веер с тремя планками. Веера с пятью планками толсты у основания, это портит вид. Кровля, крытая не слишком старой и не слишком новой корой кипариса, красиво устланная длинными стеблями аира. Из-под зеленой бамбуковой шторы выглядывает церемониальный занавес. Блестящая глянцевитая ткань покрыта узором в виде голых веток зимнего дерева. Длинные ленты зыблются на ветру…Тонкий шнур, сплетенный из белых нитей. Штора ярких цветов с каймою. Письмо, завернутое в лиловую бумагу, привязано к ветке глицинии, с которой свисают длинные гроздья цветов.
Нельзя назвать любовью то чувственное влечение, какое соединяет между собою самые резки противоположности, то есть два существа, одновременно и любящие, и ненавидящие друг друга. Нет, любовь не есть нечто чувственное. Равно нельзя назвать любовь и ту склонность, что зарождается под крылышком случая, развивается привычкою и таит в себе много приятства и веселости; т и другое возможно было бы с каждым добрым существом, а любовь не есть нечто случайное. Менее же всего можно назвать любовью ту страсть, которая почти всегда трагична и которая играет пистолетом, кинжалом и ядом, как иной играет веером и лорнетом. Когда пламя ее погасает, она превращается в смешную комедию. Нет, любовь не есть нечто преходящее…Любовь это прежде всего есть нечто духовное. Любовь есть духовная преданность другой личности. Отдаешь свою душу за другую душу.
– Мужчины, ваше высочество, – поучала ее воспитательница, – это проклятье рода человеческого, но без них, увы, не обойтись. Они – ужасны и любвеобильны. Впрочем, их можно понять, на нашу слабую породу глядя... Но зато, ваше высочество, какое блаженство испытаете вы, когда мужчина, смелый и благородный, увлечет вас в греховном падении в бездну ослепляющей страсти... – Мадам, вы рассказываете мне о принце Антоне? Адеркас игриво взмахнула веером. – Ну зачем мне говорить вам о принце Антоне? – обиделась наставница юности. – Принц Антон Брауншвейгский станет лишь вашим мужем. А это всегда скучно и неинтересно... Я говорю, ваше высочество, о самом сладком мужчине – о любовнике говорю я вам, и вы меня внимательно слушайте! Поверьте: мне есть что рассказать о мужчинах. Я их знаю... Ого, еще как знаю! И как вести себя с любовником, я сейчас расскажу вам во всех подробностях... Феофан Прокопович со своими молитвами был посрамлен. Кого хочешь переспорил бы он, но с мадам Адеркас ему не тягаться!