Ворваться Цитаты (показано: 1 - 30 из 64 цитаты )

ОТ ИМЕНИ ПАВШИХ (На вечере поэтов, погибших на войне) Сегодня на трибуне мы — поэты, Которые убиты на войне, Обнявшие со стоном землю где-то В свей ли, в зарубежной стороне. Читают нас друзья-однополчане, Сединами они убелены. Но перед залом, замершим в молчанье, Мы — парни, не пришедшие с войны. Слепят «юпитеры», а нам неловко — Мы в мокрой глине с головы до ног. В окопной глине каска и винтовка, В проклятой глине тощий вещмешок. Простите, что ворвалось с нами пламя, Что еле-еле видно нас в дыму, И не считайте, будто перед нами Вы вроде виноваты, — ни к чему. Ах, ратный труд — опасная работа, Не всех ведет счастливая звезда. Всегда с войны домой приходит кто-то, А кто-то не приходит никогда. Вас только краем опалило пламя, То пламя, что не пощадило нас. Но если б поменялись мы местами, То в этот вечер, в этот самый час, Бледнея, с горлом, судорогой сжатым, Губами, что вдруг сделались сухи, Мы, чудом уцелевшие солдаты, Читали б ваши юные стихи.
Она вошла, совсем седая, Устало села у огня, И вдруг спросила «Я не знаю, За что ты мучаешь меня. Ведь я же молода, красива, И жить хочу, хочу любить А ты меня смеряешь силой И избиваешь до крови. Велишь молчать? И я молчу, Велишь мне жить, любовь гоня? Я больше не могу, устала. За что ты мучаешь меня? Ведь ты же любишь, любишь, любишь, Любовью сердце занозя, Нельзя судить, любовь не судят. Нельзя. Оставь свои «нельзя». Отбрось своих запретов кучу, Хоть сейчас, хоть в шутку согреши: Себя бессонницей не мучай, сходи с ума, стихи пиши. Или в любви признайся, что ли, А если чувство не в чести, Ты отпусти меня на волю, не убивай, а отпусти». И женщина, почти рыдая, седые пряди уроня, твердила: «Я не знаю, за что ты мучаешь меня». Он онемел. В привычный сумрак вдруг эта буря ворвалась. Врасплох, и некогда подумать «Простите, я не знаю Вас. Не я надел на Вас оковы» И вдруг спросил едва дыша: «Как Вас зовут? Скажите, кто Вы?» Она в ответ: «Твоя Душа».
Тематика:
Вершина, кульминация этого привыкания произошла со мной в нескольких эпизодах – нескольких кокаиновых срывах. Один раз я принял очень много кокаина и продолжал употреблять его целую ночь и весь следующий день. Я находился в своей спальне один и вдруг почувствовал, что кто-то ворвался в дом прямо посреди бела дня. Затем у меня начались галлюцинации, и я реально видел, как нечто двигается по дому. Я ходил из комнаты в комнату, и никак не мог его поймать, я всё думал, он успевал выпрыгнуть из окна до того, как я входил в комнату. Так что я подумал: «Ничего, я знаю, что делать». Я забрался на крышу, держа в руках старую шину, и думал, что нужно выследить этого парня, подловить момент и накинуть на него шину, превратив его в отличный пончик, при этом обездвижив его и сделав похожим на мультяшку. К счастью, Майк вовремя вернулся домой и приказал мне спускаться вниз.
– Чего ты хочешь, человечка? – Ну что я теперь могу хотеть? Ворвался в спальню к девушке, приставал… Моя девичья честь требует сатисфакции… – Чего? – Того! Жениться на мне придется! – заявила я с самым серьезным выражением лица. Ну должна же я получить хоть какое то моральное удовлетворение – не убивать же его, в самом деле! Парень повел себя в лучших традициях всей мужской половины – то есть начал паниковать! Глянул на окно, соображая, успеет ли сбежать до того, как его зацепит сэльфинг. Не успеет… Дверь? Тоже пролет. Глядя на меня с откровенным ужасом, он явно представлял знакомство язвительного существа в полотенце со своей семьей. Да, похоже, картинка была еще та! «Жених» начинал склоняться к варианту «лучше смерть, чем позор», когда я, не выдержав, расхохоталась. Дроу, моментально сообразив, что над ним просто издеваются, свирепо воззрился на меня со стула. Малыш предупреждающе рыкнул, умеряя его ярость.
Тематика:
— Что ты натворила? — сквозь зубы проговорила она. Я предполагала, что он расстроится, но не обезумеет от ярости. — Не знаю. — Я сглотнула. — Он накинулся на Шепа, когда узнал, что мы помогли тебе уехать. Эбби! Пожалуйста, расскажи мне! — умоляюще проговорила она. — Я боюсь! Страх в ее глазах заставил меня изложить половину правды. — Я просто не смогла попрощаться. Ведь ты знаешь, как мне сложно делать это. — Эбби, дело в другом. У него крыша поехала! Я слышала, как он звал тебя по имени, а потом стал искать по всей квартире. Ворвался в комнату Шепа и потребовал сказать, где ты. Потом пытался дозвониться до тебя. Снова и снова. — Она вздохнула.— А его лицо, Эбби… черт побери. Я никогда не видела его таким. Он сорвал простыни с кровати и выбросил их, раскидал подушки, разбил кулаком зеркало, пнул дверь так, что та слетела с петель! Отродясь не видела ничего страшнее! Я закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы, но они все равно потекли по щекам.