Поживать Цитаты (показано: 1 - 30 из 100 цитаты )

Тематика:
В тот первый день нашего знакомства Иосиф Давыдович посмотрел на меня и совершенно серьезным голосом спросил: — Могу ли я называть вас Генрихом? Заметив мое замешательство, он пояснил: — Когда-то, в Париже, я набрел на учебник русского языка для французов, в котором встретил следующий диалог: «Как вы поживаете?» — спрашивает один господин другого. «Благодарю вас, Генрих, я здоров», — отвечает тот. С тех пор я мечтаю встретить какого-нибудь Генриха, чтобы он спросил меня, как я поживаю. Судьбе, однако, это не было угодно, и вот я решил более не ждать случая. Я прошу вас быть Генрихом. Я и сейчас чувствую теплую волну радости, которая окатила меня тогда. Я протянул руку и проговорил: — Здравствуйте, как вы поживаете? В ответ Иосиф Давыдович крепко пожал мою руку и все так же серьезно, но со смехом в глазах, ответил: — Благодарю вас, Генрих, я здоров. Так я стал Генрихом.
Тематика:
А ведь еще мало кто знает о моем врожденном пороке: я не узнаю лиц. Вернее, не совмещаю имени человека с его внешностью. Когда, бывает, случайно сталкиваюсь на улице с собственным мужем, первая моя мысль: «Я этого парня где-то видела». Нет, конечно, если прихожу домой, и он открывает мне дверь, я понимаю, что у нас более близкие отношения. Однажды – не помню где, – я вычитала, что, таким же недостатком страдал американский дирижер Томас Бичем. Выкручивался он, примерно, как и я: если после концерта к нему подходил некто и спрашивал: «Маэстро, вы меня помните?», – Бичем, улыбаясь, отвечал: «Да-да, конечно! Как поживает ваш папа? Чем он занят?» Это действовало безотказно до тех пор, пока после одного концерта к нему не подошла молодая особа и спросила: «Маэстро, вы меня помните?» Бичем привычно воскликнул: «О, да-да, конечно! Как поживает ваш папа? Чем он занят?» Молодая особа несколько смутилась и проговорила: «Спасибо, у папы все в порядке. Он по-прежнему остается королем Англии».
«… - Бранко из Югославии, - бодро говорит Чарльз. Он захотел присесть. Он классный. - Из Сербии, - поправляет длинноволосый с суровым лицом. - Какая разница? – спрашивает Джон, наполовину смеясь. - Разница? Разница Черногория, Босния, Хорватия, Словения, Македония, - отвечает Бранко с омерзением, лижет и заклеивает папиросную бумагу и хлопает по джинсовой рубахе в поисках зажигалки. – Большая, на хер, разница. - Да ладно, - говорит Джон, - Не говори мне, что хотя бы можешь их различить. Вы, ребята, все на вид одинаковые. Поживи для сравнения где-нибудь, где есть настоящие расовые проблемы, скажем, в Нью-Йорке, где сразу видно, кто есть кто. - Я серб! Я – серб! – Бранко рывком вскакивает и склоняется через стол, так что своим носом почти касается Джонова, и бьет кулаком себе в грудь. - Я – серб! – В углах рта у него пузырится слюна. – Я – СЕРБ! - Восхитительно доходчиво, - выдавливает Джон и снова ныряет в людское море…»