Задолго Цитаты (показано: 21 - 30 из 130 цитаты )

Все топлюсь вроде в перспективах каких-то муторных — Но всегда упираюсь лбом в тебя, как слепыш. Я во сне даже роюсь в папках твоих компьютерных, Озверело пытаясь выяснить, с кем ты спишь. Пронесет, может быть, все думаю, не накинется — Но приходит, срывая дамбы, стеклом звеня: Ты мне снишься в слепяще-белой пустой гостинице, Непохожим — задолго, видимо, до меня; Забываюсь смешными сплетенками субботними, Прячусь в кучи цветастых тряпочек и вещиц — Твое имя за мною гонится подворотнями, Вылетая из уст прохожих и продавщиц, Усмехается, стережет записными книжками, Подзывает — не бойся, девочка, я твой друг, И пустыни во сне скрипят смотровыми вышками, Ты один там — и ни единой души вокруг; Не отмаливается — исповеди да таинства, Только все ведь начнется снова, едва вернусь. Мы, наверное, никогда с тобой не расстанемся, Если я вдруг однажды как-нибудь Не проснусь.
Однако существуют веские причины использования и укоренения таких сочетаний, как «черные искусства», «силы Тьмы», «создания Ночи» и «ведьмин час» в полночь. Они связаны с психологическим восприятием темноты и ночного времени суток. Попробуем вернуться на миллион лет в прошлое. Мы не можем видеть в темноте. Темнота пугает, потому что она служит пристанищем Неведомого. При свете дня мы можем видеть опасных тварей издалека, задолго до того, как они успевают напасть на нас. Но ночью они подкрадываются ближе и нападают внезапно. Мы живем под открытым небом и видим звезды — далекие и одинокие, почти такие же одинокие, как мы сами. Мы знаем, что солнце дает тепло и безопасность, но ночью оно уходит. Свет так же драгоценен, как жизнь. В мире правит темнота, в которой скрывается смерть. Свет — чуждая субстанция в темной, холодной враждебной вселенной. Следовательно, тьма — это смерть (зло), а свет — это жизнь (добро).
Утверждают, что наука начинается со слова "знаю", - тихо, будто про себя, заговорил старик и продолжал, все более распаляясь: - Нет. Наука начинается со слова «не знаю». Ведь как было? Во все века, при всех религиях, задолго до всех религий человек твердо знал, как устроен мир и отчего дует ветер, куда девается ночью солнце, на чем держится Земля и отчего на ней зло. Загляни в любой миф, в любое писание – там все объяснено… Как трудно было тогда сказать: «Я знаю только то, что ничего не знаю». Но с этого началось познание. Не знаю, как устроен мир, не знаю, что такое звезда, не знаю, есть ли у человека душа, не знаю, не знаю, не знаю! Но жажду узнать, проверить и убедиться, что это правда. Если то, что двигало Сократом и Галилеем, - это рационализм, значит, он страсть, могучий зов и порыв. А не таблица логарифмов, не безотказная память искинта! Безумству храбрых, да…