Центр Цитаты (показано: 1 - 30 из 811 цитаты )

Центрирующее Я — не пустой полюс тождественности (точно так же таковым не является какой-либо предмет); напротив, в силу закономерности трансцендентального генезиса с каждым исходящим из него актом, несущим в себе некий новый предметный смысл, оно приобретает новое устойчивое и характерное свойство (Eigenheit). Сам эйдос, по своему собственному интуитивному смыслу, есть усмотренное, соответственно, доступное в созерцании общее, чистое, безусловное, т. е. не обусловленное никаким фактом. Он предшествует всем понятиям, если их понимать как значения слов, которые в качестве чистых понятий скорее должны быть образованы в соответствии с ним. Все, что возникает в моем Ego и, эйдетически, в некоем Ego вообще — в интенцкюнальных переживаниях, конституируемых едишствах, в привычных ориентациях Я, — все это обладает собственной временностью и в этом отношении принимает участие в образовании системы форм универсальной временности, в которой любое мыслимое Ego конституируется в себе самом.
Некоторые центры делятся на две половины — положительную и отрицательную. Это деление очень ясно в интеллектуальном и инстинктивном центрах. В интеллектуальном центре это есть "да" и "нет", утверждение и отрицание. Вся работа интеллектуального центра состоит из сравнения. Деление в инстинктивном центре вполне очевидно: наслаждение — боль. Вся инстинктивная жизнь управляется этим. С первого взгляда кажется, что эмоциональный центр также состоит из двух половин — приятных и неприятных эмоций. Но в действительности это не так. Все наши страстные и гнетущие эмоции и, вообще, большая часть нашего умственного страдания имеют один и тот же характер — это неестественно для нашего организма. Наш организм не имеет центра для этих отрицательных эмоций; они работают с помощью искусственного центра. Этот искусственный центр — род опухоли — создается постепенно в нас с раннего детства, ибо ребенок растет в окружении людей с отрицательными эмоциями и подражает им.
Представьте себе круг с радиусами. Литература — на концах радиусов, где поле необозримо, где манят и мерцают тысячи тонов, ритмов, случаев, сюжетов, настроений. Удача выбора, оправданность посреди всей этой сложности и есть свойство таланта, и чем безграничнее выбора материал, то есть чем дальше скольжение по радиусам, тем больше радости в творчестве, а в игре больше свободы. Но иногда возникает желание: спуститься к центру («Не хочу пустяков, хочу единственно нужного»). И поле неуклонно суживается, радиусы стягиваются, выбор уменьшается, все удаленное от центра кажется поверхностным, все одно за другим отбрасывается. Человек ищет настоящих слов, ненавидя обольщения, отказываясь от них неумолимо-логическими в своей последовательности отказами. И вот, наконец, он у желанной цели, он счастлив, он у центра. Но центр есть точка, отрицание пространства, в нем можно только задохнуться и умолкнуть.
Бранджелина только что вернулась со школьной экскурсии. Их класс возили в новый образовательный центр «Наука! Реально!». В брошюре центра говорится, что там «обучают посредством игры и развлечения». Лично я вовсе не уверена, что в образовании детей уместны игры и развлечения, — да и в их жизни в целом, если уж на то пошло, — однако Бранджелина, кажется, многому научилась во время экскурсии. Начальный курс естественных наук в этом центре преподают так: с гравитацией дети знакомятся на канате, смазанном жиром и натянутом на высоте 200 футов, с трением — скатываясь на лыжах по склону из битого стекла и щебенки, а для более глубокого ознакомления с силой взаимного притяжения детей одевают в магнитные костюмы и бросают на гигантский холодильник. В центре даже сумели объединить изучение броуновского движения и поведения животных — в стальную коробку особой конструкции на полчаса заперли весь класс и одного волка.
Он отбивался, отражая натиск набегавших со всех сторон волн, став центром извивающегося, сопротивляющегося клубка боли, в который превратилось его тело. Ни верха, ни низа, ни света, ни воздуха — ничего. Он почувствовал, как рот сам собой раскрылся, исторгнув пронзительный вопль: — Помогите!Чернота. Знакомое чувство, тяжесть на сердце, резервуар, воды в котором теперь достаточно, чтобы совсем затопить глаза, так долго не знавшие, что значит плакать. Тьма, похожая на зимний вечер, сквозь который шагает тело — юное тело, — его гонит центр. Вид из окна разнообразит только цепочка зажженных ламп на верхушках уличных фонарей. Центр продолжал думать: «Я одинок, так одинок!» Резервуар переполнился, и цепочка огней вдоль дороги на Карфэкс сломалась возле Большого Тома и распушила радужные крылышки. Центр почувствовал бульканье в горле и погнал зрение вперед, от одного фонаря — отчаянно за него цепляясь, — к другому, к третьему, к чему угодно, только бы отвести внимание от этой внутренней тьмы.
Тематика:
Будучи в определенной степени порождением дефицита, цетрализованное распределение было и его генератором. Не только индустриальные приоритеты - тяжелая промышленность в первую очередь, а производство товаров потребления как получится - создавали товарный дефицит в плановой централизованной экономике, которая набирала силу на рубеже 20-30-х годов. Не только невыполнение планов промышленного производства из-за слабых материальных стимулов к труду ухудшали положение на потребительском рынке. Воспроизводство и обострение дефицита было заложено в самой природе централизованного распределения, что делало перебои, кризисы и карточки в торговле хроническими. Взаимовлияние дефицита и централизованного распределения образовывало своеобразный порочный круг, в котором торговля, да и вся социалистическая экономика вращались десятилетиями.