Доклад Цитаты (показано: 1 - 30 из 94 цитаты )

Я объяснил, коль скоро он мне дал для этого повод, что я никоим образом не презираю поэзию и мог бы продекламировать на память стихи Клопштока или Шиллера. Но сочинять стихи в наше время не для любимой, а так — довольно бесполезно, как ему кажется? — Или просто уродство, — сказал этот несчастный. Но вот с большим или меньшим успехом все доклады и речи были произнесены, все игры сыграны и все проекты по созданию европейской федерации военных игр изложены и терпеливо выслушаны. Что касается меня, то я пришел к заключению, что восемьдесят процентов докладчиков нуждаются в помощи психиатра. Конрад связывал расстройство с тем, что я впервые проигрывал партию в «Третий рейх». А я ее действительно проигрываю, но не изменяю своим принципам честной игры. Остается только посмеяться. (По мнению Конрада, Германия потерпела поражение из-за того, что была привержена fair play; доказательством служит тот факт, что она не применила отравляющие газы даже против русских, ха-ха-ха.)
Вся камера считалась коммуной. Безделья не терпели. Целый день в трудах. Утром — занятия. Одни учат, другие учатся. Представь — здоровенный пролетарий с завода сидит решает задачки, пыхтит над грамматикой. Потом часы пропаганды. Сядут парами и бу-бу-бу... Более сознательные объясняют тем, что подичее, суть революционного процесса. — А ты что же? Я попросился к меньшевикам, они попонятнее, и тоже объяснял экспроприаторам, пропагандировал уменьшенную кровожадность, эволюционный подход... Впрочем, их потом все равно всех в расход пустили... Эх... Вечером — развлечения. Я доклад сделал по Канту, прочел реферат по позднему Риму, большевики стоя аплодировали, что-то там, видно, с их взглядами совпало. Танцы, разучивание революционных песен обязательно — я бабушке потом напою, ей понравится,— театральные сцены — тот самый Головлев просто гениально царя Бориса изображал,— пантомима — «Буржуй и пролетарий», рабочие на гребенках играли...
Помилование понятнее, чем прощение. Оно приходит свыше, от Бога или правительства, и не требует ничего, кроме осознания вины. Помилование прохладно и дистанцировано от тебя — милующий не связан никакими личными отношениями с тем, кого он милует, он не в обиде, он вообще ни при чем, он лишь наделен властью освобождать людей от последствий их поступков. Когда-то я была наделена такой властью. Я миловала. Сидела за большим столом светлого дерева и слушала доклад министра юстиции, кивала, что-то бормоча, и слышала, как молоток негромко ударяет по столу. Прошение о помиловании удовлетворено. Но помиловать Сверкера я не могу. Его я должна простить. Только я не знаю, как это делают. И даже не знаю, что это такое. Наверное, прощение — это обещание. Но что в этом случае обещают? Не помнить то, что помнишь? Не горевать, о чем горюешь? Не презирать того, что на самом деле презираешь?
Тематика:
Недалеко от Доброго огромная толпа оборванных, обвязанных и укутанных чем попало пленных гудела говором, стоя на дороге... При приближении главнокомандующего говор затих, и все глаза уставились на Кутузова «...», который медленно двигался по дороге. Один из генералов докладывал Кутузову, где взяты орудия и пленные... Перед Преображенским полком он остановился, тяжело вздохнул и закрыл глаза. Кто-то из свиты махнул, чтобы державшие знамена солдаты подошли и поставили их древками знамен вокруг главнокомандующего. Кутузов помолчал несколько секунд и, видимо неохотно, подчиняясь необходимости своего положения, поднял голову и начал говорить. Толпы офицеров окружили его. Он внимательным взглядом обвел кружок офицеров, узнав некоторых из них. – Благодарю всех! – сказал он, обращаясь к солдатам и опять к офицерам. В тишине, воцарившейся вокруг него, отчетливо слышны были его медленно выговариваемые слова. – Благодарю всех за трудную и верную службу. Победа совершенная, и Россия не забудет вас. Вам слава вовеки!