Акр Цитаты (показано: 1 - 30 из 77 цитаты )

Когда чёрный-пречёрный сантехник бежит по чёрному-пречёрному подвалу, он обязательно во что-нибудь врежется. В этом весь смысл. Например, вчера я с разбегу сломал железную трубу, головой. И сразу в потолок ударил прекрасный, хоть и неуместный в подвале фонтан. Это было как признание торжества моего интеллекта над их водопроводом. Вечером читал премию Дарвина. Там тоже про героизм и сражение со стихией. Например, один цирковой лиллипут прыгал на батуте, а невдалеке зевал бегемот. И акробат упал прямо в зевок бегемота. И пропал там навсегда. Так, по жестокой иронии, один артист съел другого артиста. Эти бегемоты, оказывается, не умеют выплёвывать цирковой реквизит. Ни мячики, ни обручи, ни акробатов, ничего не отдают. Поэтому, если вдруг фатально не заладилось с батутом, просто ползите вперёд. Вы непременно увидите свет в конце бегемота.
Мне снится — я тебя уже любил, Мне снится — я тебя уже убил, Но ты воскресла в облике ином, как девочка на шарике земном В изгибисто наивной простоте у раннего Пикассо на холсте, и попросила, ребрами моля; «Люби меня!», как «Не столкни меня!» Я тот усталый взрослый акробат, от мускулов бессмысленных горбат, который знает, что советы — ложь, что рано или поздно упадешь. Сказать мне страшно: «Я тебя люблю», как будто выдать: «Я тебя убью». Ведь в глубине прозрачного лица я вижу лица, лица без конца, Которые когда-то наповал или не сразу — пыткой — убивал. Ты от баланса страшного бела: «Я знаю все. Я многими была. Я знаю — ты меня уже любил, Я знаю — ты меня уже убил. Но шар земной не поверну я вспять: люби опять, потом убей опять». Девчонка ты, Останови Свой шар. Я убивать устал. Я слишком стар. Но, шар земной ножонками гоня, ты падаешь с него: «Люби меня». И лишь внутри — таких похожих? — глаз: «Не убивай меня на этот раз!»
Главное, неприятно, что именно в тот момент, когда мистер Кармайкл прошаркал мимо в своих желтых шлепанцах, с книгой под мышкой, едва кивнул на ее вопрос, к ее досаде на мужа примешалось чувство, что ей не доверяют; что вся ее эта жажда давать, помогать - сплошное тщеславие. Не для собственного ли удовольствия ей так не терпится помогать, давать, чтоб потом говорили: "Ах, миссис Рэмзи! Милая миссис Рэмзи... миссис Рэмзи вообще..." и нуждались бы в ней, посылали за ней, ее восхваляли? Не того ли она втайне желает? И потому, когда мистер Кармайкл шарахнулся от нее, пробираясь в укромный уголок, чтоб засесть там за дежурным акростихом, ее не просто оскорбили в лучших чувствах, ей указали на известную мелкость в ней самой и в человеческих отношениях - что они с червоточиной, недостойны, эгоистичны - даже самые лучшие из отношений.